– И я – Васёк говорит – тоже не хочу. Мы с Земли всякие фильмы же смотрим, книжки читаем. А там иногда совсем непонятно, просто глупости какие-то. Как будто там одни дураки живут.
Сенька даже обиделся:
– Это почему же дураки? Что ты там такого дурацкого увидел?
Васька отвечает:
– Ну вот, скажем, показывала нам Полинка кино про корабли ваши в море. И вот самые большие корабли там – они как наша станция. Каюты точно такие же, переходы, коридоры. Куча народу внутри живёт. Только они там вообще ничего не делают, только пьют, едят и танцуют дни напролёт. И называется это дело «круиз».
Сенька говорит:
– Но это же люди отдыхают просто! Они мир хотят посмотреть!
Тут уже я смеюсь:
– Да какой же это отдых? И как они собираются мир смотреть, из каюты что ли? У вас на Земле столько обалденных вещей – и горы, и леса, и реки, а тут взрослые дядьки и тётьки запираются внутри железного корабля и изображают, как им весело… У нас-то понятно – за пределы станции ты без скафандра фиг вылезешь. Вдохнул – и до свидания. Но на Земле-то такое им зачем?
Сенька молчит, отвёрткой детали между собой скручивает. Потом тихо так говорит:
– Не знаю, ребят. Мне кажется, взрослые это всё понавыдумывали. Только на вашей на станции – оно же тоже мёдом не намазано. Ну пока вот вы в младшую группу в школе ходите. А потом? На Земле – там институты есть всякие, колледжи, там учиться можно на любую профессию. А здесь?
– А кто тебе – говорю – здесь на станции учиться не даёт? Хочешь в техники идти – пожалуйста, иди, если ты в железках разбираешься и голова на месте, так они тебя с руками оторвут. Чего не умеешь – научат. В демоны, к шахтёрам – и снова кто тебе запретит? Иди, просись в бригаду, да хоть к отцу, там тоже рабочие руки нужны, главное потом не скули, что тяжело. Хочешь к ангелам, ну к яйцеголовым – полстанции одни сплошные лаборатории. Тебя так вообще туда хоть сейчас возьмут. Там профессор на профессоре сидит, ни в одном институте на Земле столько не сыщешь.
Васёк кивает, потом добавляет:
– А ещё у нас тут всё просто, практически все друг друга знают, никто никому гадостей никаких не строит. Разве что Мишенька в школе, да и то – гадости мелкие у него. А на Земле? Мы по телеку вон сколько раз глядели – у вас на Земле и преступность всякая, и грабители, и пьяницы, и какой только шушеры нет. А здесь даже охрана – больше за нами, мальчишками, присматривает, чтобы мы не совались куда не следует. Ну, или если два техника из-за девушки поссорятся и драку устроят в турболифте, вот только тогда охрана и нужна.
Сенька отвечает:
– Ну, такое тоже есть. И не всё на Земле, конечно, идеально. Только вы зря так говорите… Там тоже очень хорошо… И дача у нас знаете какая на Волге?
Ой, что-то у Сеньки в голосе такое подозрительное слышно. Уж не решил ли он зареветь ненароком? Тут я понимаю – а ведь скучает мой приятель по дому, интересно ему на Венере, а всё равно по Земле скучает. Надо менять тему, и срочно. Делаю жуткие глаза и спрашиваю загадочным голосом:
– А вы слышали легенду про призрак Станционного Смотрителя?
Васька только плечами жмёт – да кто же её не слышал, дескать. А Сеньке сразу интересно стало:
– Я не слышал! Расскажи, Ром!
Я начинаю:
– Давным-давно, когда станцию только-только начали строить, с Земли прилетел чёрный-пречёрный корабль. Тогда на Земле случилось страшное ограбление, которое совершил невероятно опасный преступник. А чтобы замести следы и спрятать награбленные сокровища, он сел в космический корабль и отправился сюда, на Венеру. Где-то на верхних уровнях станции он спрятал свой клад, только потом позабыл, где.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Замолкаю. Тишина. Тут Васька продолжает:
– И он всё ходил, ходил по тоннелям наверху, пока не умер от голода – и с тех пор там живёт его злобный призрак, который и называют Станционным Смотрителем! И кто лезет в старинные коридоры на верхних уровнях, те все сходят с ума от страха, но никто ещё не смог отыскать логово Смотрителя и его драгоценный клад!
Киваю авторитетно головой, дескать, правду Васька говорит. Гляжу, Сенька аж отвёртку на стол положил и рот раскрыл от удивления. Смешно. Отец учёный с мировым именем, да и сам в науке ого-го как разбирается, только всё равно в такие детские страшилки верит. Хотя я, честно говоря, тоже немножко верю. Но только немножко. Десять лет всё-таки, не маленький.
Тут Сенька спрашивает:
– А что, Ром, правда сюда на станцию с Земли всякие тёмные личности прилетали?
Задумываюсь, отвечаю.
– Не знаю, Сень. Отец рассказывает, что к нам на станцию каждый месяц с Земли прилетают. Только не тёмные они личности, а мутные какие-то. Дядьки в основном, женщин намного меньше. И само собой, никто из них на станции оставаться не собирается – их всё деньги интересуют. Дескать, смотаются они к шахтёрам вниз, отработают там с полгодика, заработают кучу денег и сразу назад на Землю. Сами здоровые, сильные, хорохорятся, типа не боятся ничего. Только вот фигушки что у них получается.
– Это почему?
– Ну, большинство из них после первой же смены как возвращаются на станцию, сразу же бегут ножками на причальные площадки, и все заработанные деньги готовы командиру самого завалящего грузовика отдать, только чтобы забрали их с Венеры поскорее. А многие даже и до этого не доживают, гибнут они внизу… На поверхности тяжело, опасно, в одиночку не справиться – там и друг за дружку держаться надо, и дисциплина. А эти с Земли – они же и выпендриваются, типа «а чего это кто тут раскомандовался», и никому не доверяют, всё боятся, что кто-то их подставит или чего-нибудь у них отожмёт, деньги их драгоценные в первую очередь. А Венера – она тебе не добренькая Полина Алексеевна, когда глупость какую-нибудь сделаешь, она тебя отругает, в угол поставит носом, а потом – раз! – и простила. Демоны говорят: «Кто на поверхности дурака валяет, там дурак и останется», во как!
– И никто даже по полгода не выдерживает?
– Ну почему «никто». Кто-то выдерживает. Но кто выдерживает, те совсем по-другому себя ведут. Меняются. По-другому и о людях судят, и о деньгах. Уезжать уже не хотят. Остаются ещё на полгода, потом ещё. А наши не возражают – одним хорошим человеком в бригаде больше, да и вообще на станции. А кто-то даже семьи себе заводит здесь, и потом чихали они на эту самую Землю. Как папка, например.
Засиделись мы втроём допоздна, мама пришла.
– Вася, – говорит, – а ну немедленно сказал «до свидания» и побежал домой! А этих двух инженеров-конструкторов я кормлю ужином и отправляю по койкам! Ну-ка, на счёт раз-два-три – марш!
Само собой, шутит она. Никто так Ваську метлой выгонять не станет. В конце концов, ему до своей каюты пять минут ходьбы по коридору. Так что он даже чай с пирожными ещё с нами попил, и только потом домой отправился. Ну а мы с Сенькой по своим койкам. Завтра в школу всё-таки.
А в школе на другой день нам Полинка торжественно объявляет перед большой переменой:
– Ребята, завтра у нас с вами занятия отменяются. Мы все вместе отправляемся на экскурсию, на верхние уровни. Вы увидите внешнюю оболочку, водосборные ёмкости, энергетические установки и много других интересных вещей. А ещё у нас с вами будет экскурсовод, который расскажет нам об истории нашей станции. Я всех родителей уже оповестила, но на всякий случай обязательно напомните своим мамам и папам, куда вы отправляетесь.
Кто-то из ребят спрашивает:
– Полина Алексеевна, а что с собой брать?
Полинка отвечает:
– Возьмите только планшеты, этого вполне достаточно, чтобы сделать фото и видео. Приходим в школьный центр к десяти, не опаздываем!
